Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

КРАЕВЕДЕНИЕ

Выйди на Свислочь с её ампиром
Казарменным – всколыхнётся
Тяга школярская к тырам-пырам
Весеннего флотоводца.

Впору бумажный пускать кораблик,
Мы за зиму так озябли,
Скоро набухнут завязи яблок,
Готовь к субботнику грабли.

Глянь беспристрастно: а что мы знали
О крае родном? О чём нам
Грифель и ластик, гремя в пенале,
Талдычили в веке тёмном?

Байки травили про гнёт магната,
Ударный труд сталевара,
Блеяли в душном хлеву ягнята,
Учёность устаревала.

Речь Посполитую, свитки Торы,
Латинский шрифт инкунабул –
Всё неудобное для «конторы»
С доски историк сошкрябал.

Прошлое выхолощено, а где же
Вся суть бытия земного:
Несвижа-града зоркая вежа
И печь с изразцами Шклова?

Где подношенья раввина ксёндзу,
С венгерской саблей хорунжий,
Запах одетой в бархат и бронзу
Гостиной вальсов и пуншей?

Где продразвёрстка по всем поветам,
Божниц поруганных груда,
Будни ревкома, стрёкот дуэтом
«Максима» и «ундервуда»?

Где же купанья в лазурных водах,
Прогулки в парках зелёных
Граждан, имевших право на отдых
В местах не столь отдалённых?

Где тот румянец свежий на халах,
Христова Пасха в скворешнях,
Пепел сожжённых, эхо в подвалах
Просторных энкавэдэшных?..

Целит штаб округа шпилем в купол,
Как ствол берданки в берлогу:
Здесь я когда-то по лужам хлюпал,
Теряя страх понемногу.

Здесь я бродил, подмечая в зёрнах
Уже восковую спелость,
В слуцких ткачей поясах узорных –
Уже войсковую смелость.

Грезя на набережной в беседке,
О древней думал стоянке,
Что даже там троглодиты-предки
Святили жрецов останки.

Не превратят в полигон культуру,
А лики икон – в мишени,
Те, кто в гостях засиделся сдуру,
Реки перекрыв теченье!

Время рога обновить, сохатый,
Почистить пёрышки, зяблик,
Купы, белейте над мирной хатой,
Свободно плыви, кораблик!

АФАНАСИЙ НИКИТИН

Бровастые глазеют из кибиток
Насмешницы, кинжалы точит рать,
Всё отняли, и жеребец в убыток,
Скитайся и по два алтына трать.
Индийские сверкают самоцветы,
От Спаса златоверхого в Твери
Забросило его на край планеты,
И что за вера – черт их разбери.

Покуда караванил жаркой степью,
Там-сям плясали дервиши гурьбой
И не грозили разве что отрепью
Таможенная нечисть и разбой.
Хлеба бесплатно роздал эфиопам
И вез неспешно пряности в Тебриз:
От басурман не скроешься галопом,
Постами и молитвою борись!

Четыре Светлых воскресенья: горше
Негоций испытать не привелось...
Ужель нам помереть в литовской Орше,
С роднею православною поврозь?
Агаты, изумруды – этим блеском
В невежестве пусть тешатся враги,
Лети, посланье, голубем библейским
И почерк достоверный сбереги.

Напрасны челобитья к ширваншаху,
Сорвут кафтан и по сусалам – хрясь,
Писатель тот, кто натерпелся страху,
Христианин – чья жизнь не задалась.
И свиток, что под бульканье кальяна
Прочтет паша, усевшись на софу,
Он завершил цитатой из Корана:
«Милна рахмам рагим... алятуфу!»

ТВОРЧЕСТВО

Бреду, сомнением объят:
Смогу ль избавиться от дара?
Под звуки пестрого базара
Сверчков, кузнечиков, цикад.
А в мутной тине озерца
Белеет лилий вереница:
Как в старой ладанке, хранится
В бутонах липкая пыльца.
Мне ведом здесь любой извив,
Подтрунивает лягушонок
Над черепахою спросонок,
Никчемный опыт уязвив.
За старицей, меж камышей,
Шуршит запутавшийся дятел,
Багряный хохолок взлохматил,
Раздумья гонит он взашей.
Зарылись шляпками во мху
Грибы, тщеславьем не страдая,
У большинства же цель святая:
Творить, блаженства наверху!
А мне уж сил недостает
Цепляться за свои химеры,
Бодрясь и вереща сверх меры:
Ведь там, за лесом, поворот...
Вот-вот рассеется как дым
Пропащей жизни свистопляска,
И высохнет под зноем ряска
С её весельем напускным.

СИМВОЛИЗМ: ОПЯТЬ ПРОМАХ

В воскресенье в парке "Патриот" под Москвой патриарх Кирилл освятил храм Воскресения Христова, он же Главный храм Вооруженных сил России – самый большой православный храм, построенный в стране со времён восстановления храма Христа Спасителя. Все его параметры исполнены символизма: высота звонницы – 75 метров (75 лет со дня окончания войны), диаметр барабана главного купола – 19,45 метра (это понятно: дата окончания страшнейшей бойни XX века), высота малого купола – 14,18 метра (столько дней продолжалась Великая Отечественная).

Проблема в том, что сам метр - как единица длины - был введен не в православной России, а в католической Франции, да еще и в период Французской Революции. 7 апреля 1795 г. Национальный Конвент принял закон о введении метрической системы во Франции и поручил комиссарам выполнить работы по экспериментальному определению единиц длины и массы. В 1792-1797 гг., по решению революционного Конвента, французские учёные Д'Аламбер и Мешен измерили дугу парижского меридиана длиной в 9°40' от Дюнкерка до Барселоны, проложив цепь из 115 треугольников через всю Францию и часть Испании. Так, собственно, и родился метр.

Будем откровенны: католицизм никогда не приветствовался в России. В брежневское и постбрежневское время в Москве существовал лишь один католический храм - на ул. Н. Неждановой. Не говоря уж о том, что даже сменовеховцы более всего были озабочены "экспансией католицизма" (см. сборник статей "Россiя и Латiнство": хотя один из лучших русских поэтов-символистов Вяч. Иванов прекрасно трудоустроился при библиотеке Ватикана). Что ж, может быть, Путин и Шойгу имели в виду именно Французскую Революцию? Тогда странно. Ведь её девиз: "Liberté, Égalité, Fraternité" - впервые прозвучавший в речи Робеспьера - вовсе не подразумевал преследований Свидетелей Иеговы, кришнаитов, "неправильных" раввинов и муфтиев, установления тотального диктата "титульной" религии: чекистского ортодоксального православия.

Словом, мне кажется, что ни Путин, ни Шойгу, ни их проверенные на вшивость консультанты, имиджмейкеры и спичрайтеры, неспособны заранее точечно проследить всю цепочку используемых ими в идеологических целях терминов, международных и общенациональных символов, мер длины, весов и точек отсчета. Поприще, верста, цепь, шест, сажень, аршин, локоть, пядь, вершок: почему именно я, живущий в изгнании вот уже 27 лет русский еврей, мечтавший когда-то о престижной карьере литератора, но ставший лишь низкооплачиваемым водителем такси и развозчиком пиццы, должен напоминать им об этом? Строите символически важный военно-православный храм - где каждая маковка призвана олицетворять победу руссов над татаро-монгольским игом? Флаг вам в руки, как говорится! Но - прочтите хотя бы чеченскую "Википедию". Раз уж вы на гугле навсегда забанены.

РУКИ

Располагает осень к урожаю,
И сон полночный следует за ним...
Воистину, с трудом воображаю,
Когда и кем я был бы так храним?
Привык я чай горячий пить из блюдца,
Хоть жизнь меня не сделала умней,
Зато со мной навечно остаются
Святые руки матери моей.
Так искренне они месили тесто,
Раскатывая хрупкие коржи,
Что мне мерилом рифмы или жеста
Назначено преодоленье лжи.
Была в них буколическая ласка,
За ними я следил раскрывши рот:
Как будто бы рубаху Синеглазка
Для молодца возлюбленного ткёт.
Взмывали чутко над рекой крохали,
Их клюв казался спицею с крючком,
И слободские сосны колыхали
Верхушками, приветствуя партком.
О, вы, гефилте фиш под Молодечно
Готовившие, пусть кольцо блестит
Из золота червонного, навечно,
Я повторяю сквозь тоску и стыд! -
Вы для меня взбивали этот воздух
Словесности мучительной, родной,
От луковок на севере безгвоздых
До хат белёных в августовский зной.
Покойтесь же далёко на Голанах,
Присыпанные горстью той земли,
Что нам в речах пылающих и рьяных
Пророки Божьей Славы предрекли!

О ЕВРАЗИЙСТВЕ

Мне кажется, идеи евразийства оттого и возникли, что фатальная обреченность этого гигантского и неоднородного пространства на крайнюю поляризацию вызывала потребность в изобретении некоего умиротворяющего мифа. Много веков там продолжаются войны и революции, переселение племён и рас, нарождение и распространение наиболее экстремистских социальных и религиозных течений. В дохристианскую эпоху это было чисто этническое столкновение гуннов, аланов, персов и других восточных полчищ с греками, римлянами и готами. Затем, продолжив перекройку границ уже на небесах, арабы захватили пол-Европы: им ответили крестоносцы; следующими в атаку пошли татары и турки, поработившие Русь, отнявшие у европейцев Балканы и Малую Азию: реакцией на это явилась колониальная политика белых народов, реконкиста и христианизация целых континентов. Маятник Истории раскачивался на этих территориях беспрерывно: взять хотя бы разделение Римской империи надвое, по сути - из-за сомнительных теологических разногласий. Параллельно с этим, происходило фрактальное противоборство между всевозможными сектами, геноциду подвергались меньшинства: католики резали ариан, тамплиеров и гугенотов, протестанты жгли и изгоняли еретиков, никониане расправлялись со староверами, сунниты - с шиитами и суфиями, все мусульмане дружно уничтожали сикхов, зороастрийцев и иудеев. К последним, надо сказать, вообще никто особой симпатии не питал: в особенности же те, кто был обязан им буквально всем - то есть христиане. Стоит ли удивляться тому, что именно евреи, подвергавшиеся со стороны абсолютно всех иноверцев непрестанным преследованиям, с таким энтузиазмом восприняли идеи классового равенства и передела собственности (тем более что это не единственный пример: столь же рьяно в революцию ринулись хлысты, старообрядцы и прочие)? В конце концов, то, что мы наблюдаем сегодня - вопиющую поляризацию России и Европы - почти в точности повторяет ситуацию со сталинизмом и гитлеризмом: всемирная победа фашизоидного джихадизма против всемирной победы православно-гебистского шовинизма... Нет никакой Евразии, это выдумка тех, кому, на фоне безнадеги, очень хотелось бы поверить во что-нибудь оптимистическое. Впрочем, это не первая и не последняя утопия, которую пытаются навязать массам в качестве идеологии. Успокаивает лишь одно: Америка по-прежнему учится на ошибках Старого Света, все самое ужасное, что должно случиться, в очередной раз сначала случится именно там. А дальше - на основе чужого негативного опыта, прагматичные лидеры США так или иначе скорректируют свои действия, в этом я нисколько не сомневаюсь: ибо у нас правит доллар, а не шаманский бубен.

БИЛЛИАРД

Мой сосед у стойки берет вискарь,
Перуанский кофе, хот-дог с сосиской,
Как когда-то, в стенах Массарта, встарь,
Упиваясь изморозью диониссийской;
За окном не заводится чей-то трак,
Свирепеет реднек, и хаски к даме
От испуга жмётся, старуха ж, бряк,
На ветру роняет брелок с ключами.

"Разбивай пирамиду ударом в лоб,
Выше центра целься!" - владелец бара
Говорит бас-бою... Нырнув в сугроб,
Ищет связку псина. Мигает фара.
Лишь Судьбе вестимо кому куда,
Инсталляций блажь завлекает Музу,
Но ревью и выставок чехарда
Не сулит шарам попаданье в лузу.

Я понять пытаюсь: что с ним не так?
Из евреев польских, накачан вроде,
Охмурил сокурсницу, Растиньяк,
У папаши траулер на Кейп-Коде;
Не срослось с католиками, улов
Поутру подсчитывал бы в гроссбухе,
Преклонив колено... Да не таков:
То ли в букве дух, то ли буква в духе.

С марокканкой пробовал - задала ж
Ты кафиру перцу, младая пери!
На абстрактный этот наплюй коллаж.
Думал, дело в сексе, а дело в вере.
Христианство или, пардон, ислам
(Напишу со строчной, не обессудьте)
Точно гроб и крышка от гроба нам,
Всем, кого тревожит проблема сути.

Авраамических религий менаж а труа
Утомил гордеца - он завис в Непале,
Где ручьи, бесплотную пену струя,
С эполет аксельбантами ниспадали;
Но врожденный скепсис настиг и там,
И душа отторгла пристрастье к жестам,
Не пленясь ни улыбкой зловещей лам,
Ни священным нимбом над Эверестом.

Что ж, пускай игрок натирает кий
Холодящим мелом грядущей смерти!
С воздержанием заповедь "не убий"
В богословском трактате увяжут черти.
Заарканит ангельски дебютант
Критикессу хренью своих полотен.
Зарычит мотор, из луженых гланд
"Holly shit!" исторгнет шофёр, добротен.

СТЕНА ПЛАЧА

Святилище разрушено к беде
Народа Книги, сломленного горем,
Фундамент лишь белеет кое-где,
Служа благословению подспорьем.
Великий наш поэт бен Галеви,
Рыдая, заплатил большую цену,
Сам Иисус, твердивший о Любви,
Въезжая в город, видел эту Стену.
Доколе ж вам, о, Запад и Восток,
На пятачке сшибаться ради славы?
Пророчество услышьте между строк,
Смягчите ваши гибельные нравы!
Стенающий от родины вдали,
Оставьте, повторяю я упрямо,
Создателю и неба, и земли
Хотя бы это основанье Храма!

КОНФЕССИЯ И ПРОФЕССИЯ

К извозу Шевцов пришел методом проб и ошибок. До этого он занимался доставкой инвалидных кресел. Но однажды, вытянув из лифта нашпигованную электроникой каталку, он столкнулся нос к носу с лощеным адвокатом. «Тсс! - приложил тот палец к губам. - У вашей пациентки последняя стадия Паркинсона. Если подыграете мне при оформлении завещания, гарантирую полтора процента чаевых». - «Какова же моя роль?» - напрягся Шевцов. - «Просто выпихните старуху в гостиную, когда я начну сморкаться». Сказано - сделано. Заслышав сардонический чих, он утопил кнопку, и кресло с тяжелобольной миссис Раздербанти опереточно въехало в просторную залу. Противоборствующие кланы выстроились в две шеренги. Младшенький ее, Поццо, явно петушился, сицилиански гневно посверкивая на брата. «Итак, изъявитель подтверждает, что вилла с бассейном и парк «феррари» целиком переходят к синьору Джакомо?» - иезуитски проскрипел стряпчий. Трясущая головой в стиле «да-да-да, только отстаньте!», несчастная давно уже неспособна была проронить ни слова. «Что ж, так и запишем!» - адвокат что-то черкнул и, плюнув на красную печать, смачно приложил ее к узорчатой бумаге. «Ай’л килл ю, мазерфакер!» - разъяренно выкрикнул юный Раздербанти. Грянула беспорядочная стрельба. Инстинктивно юркнув под биллиардный стол, Шевцов призывал на помощь ангела-хранителя: «Ом махадевайя намах! Ом махадевайя намах!..» Забайкальский извод буддизма наш герой принял по воле Гименея. Будучи седьмой раз женат на миловидной Яночке, он отлично знал, что бурятское имя Янжин означает «Владычица мелодии». Она и впрямь обладала изысканным сопрано! Что поразительно, они прожили вместе двенадцать лет, но их любовь не ослабевала. С каждым разводом Шевцов географически смещался все восточней. Парикмахерша из Риги, специалист по высоким прическам. Одесская филологиня Люша, произносившая «сисиски», «мыска» и «ножницАми». Тбилисская плясунья из рода Багратиони. Крымская татарка Газиза, психотерапевт по призванию, тщательно вынимавшая из него селезенку. Скуластая Алма, дочь наркобарона из Астаны, с которой они поспешно репатриировались в Израиль. Затем недолгий брак с резвой блондинкой из Новосибирска, расписавшей граффити весь академгородок, и наконец - в это трудно поверить! - счастливая встреча с Яночкой-Янжин, в Бруклине, на сеансе акупунктуры... «Аум джалавимвайя видмахе нила-пурушайя дхимахи танно варунах прачодайят», - карабкаясь по бездыханным трупам итальянцев, Шевцов припоминал мантру, отвечающую за исправное либидо. После этого переполоха он безоговорочно подался в таксисты.