?

Log in

No account? Create an account
margovsky [entries|archive|friends|userinfo]
margovsky

[ website | К ВАМ С ИГРОЙ - ИГРОЙ ИГР ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

КИТЕЖ [Aug. 14th, 2017|02:52 pm]
margovsky

Подводной мечты не похитишь
У русской души ни за что,
Ей град белокаменный Китеж
Милей одиссеи Кусто.
Орды басурман не боятся
И чинно в незримом раю
С проборами старообрядцы
Возводят столицу свою.
Гримасы презрительно корчит
Скучающая немчура,
Но княжеский терем узорчат,
И луковка церкви пестра!
Бросается бедная Лиза,
И с ней Катерина в грозу,
Для тех не просрочена виза,
Кто колокол слышит внизу.
А там торжество благодати,
Беззвучно орут петухи,
На вывесках "еры" да "яти",
Все пастыри там от сохи.
Затем и раскинулся Китеж,
Чтоб лучших принять наравне,
И даже расстрелянный идиш
Сумел притулиться на дне.
Там нет ни газетных полемик,
Ни выставочной толчеи,
И Сахаров там, академик,
С Немцовым гоняют чаи.

LinkLeave a comment

ОБЛЕПИХА [Aug. 9th, 2017|08:39 am]
margovsky

Я говорю так тихо-тихо,
Что слышат ветер и вода:
Цвела в поселке облепиха,
И ты мне снилась иногда.
Неровной кромкой розовела
Заря твоих несмелых губ,
Глядел апрель осоловело
В колодца сумрачного сруб.
Там было все: мои метанья
И твой спасительный укор,
С ним даже лодку в океане
Не захлестнуло до сих пор.
Пока плыву в своей пироге,
Напоминаешь сердцу ты,
Как шелестели вдоль дороги
Те серебристые кусты...
Сюжетов скорби не изменим,
Не отряхнемся от репья,
Но облепиховым вареньем
Питалась родина моя.

LinkLeave a comment

ОБМЕН ОПЫТОМ [Aug. 8th, 2017|01:05 pm]
margovsky

Амфитеатр гудел от восторга. На бордовой арене щурясь перемурлыкивались два морских котика. "Своего-то я как вымуштровал, ты глянь! - хвастался Усатый. - Сейчас вот дёрну хвостом, чуть привстану, и он сразу же полезет в карман". И действительно, дрессировщик в сверкающем фраке незамедлил извлечь кусочек сахара, вознаграждая питомца. "Да и я свою изрядно понатаскал, - старался не отставать Малыш. - Смотри: я прыгаю через кольцо, и она тут же как послушная рабыня чешет мне спинку!" Он пронырливо юркнул сквозь обруч, и грудастая дива в трико принялась его тщательно массировать. "Это что! - хмыкнул Усатый. - Обрати внимание, как мой сейчас занервничает". "Ап!" - улыбнулся дрессировщик. Котик недовольно поморщился. "Ап!" - более требовательным тоном повторил циркач. Животное презрительно отфыркнулось. "Ах, ты оборзевшая скотина! - злобно прошипел заслуженный артист. - Да я с тебя за кулисами три шкуры сдеру!" - "А моя-то как нынче взъерепенится!" - перехватил инициативу Малыш. Он неожиданно соскользнул со стойки на ковёр и раскачиваясь пополз по направлению к выходу. "Стой! Назад!" - испуганно взвизгнула дива. - "Да пошла ты! Сахар давай, три куска!" С униженным видом, нащупав рафинад, она бросилась его задабривать. "Видал? А я что говорил! - ликуя обернулся к коллеге ластоногий. - Она у меня вона где!" - "Держи ее в ежовых рукавицах, как я своего, - посоветовал старший товарищ. - За этими тварями нужен глаз да глаз!"

LinkLeave a comment

РАЙСКИЕ ПТИЦЫ [Aug. 7th, 2017|03:28 pm]
margovsky

Терентий сидел на веранде, в тени курчаво разросшейся виноградной лозы, слушая как переругиваются малиновки с пикирующими над их гнездами голубыми сойками. Родившись в Баку, в молоканской семье, он рано переехал на Север, лишившись и солнца, и фруктов, и многообещающей звериной нежности, то и дело посверкивавшей в глазах коренного населения. Отца его, военного лётчика, перевели служить в Мончегорск, и близость никелевой промышленности сказалась на карьере отпрыска. Терентий начинал простым рабочим, затем, когда над страной сгустилась перестройка, влился в кооператив, быстро схватил суть доморощенного менеджмента, и уже через пару лет заправлял одной весьма продвинутой конторой в столице. Двоих его помощников расстреляли ночью у Белорусского вокзала: они закупали ликёр в ларьке, и Терентий, ни сном, ни духом, очутился в Антверпене. Обзаведшийся женой-еврейкой, он терпеливо прошёл гиюр, лихо продрался сквозь непроизносимые голландские глаголы, и спустя какой-то год курсировал между Калькуттой и хасидскими ювелирными лавками Европы. Его подставил один жирный израильский сефард, отказавшийся платить наличкой, заграбаставший горстку бриллиантов и в обмен протянувший фальшивый чек. Завязалась драка, Терентий со сломанным носом угодил на скамью подсудимых. Мошенника упаковали в катафалк, ибо он ненароком плюхнулся тяжёлым брюхом на охотничий нож. Пятнадцать лет за решёткой пробудили в Терентии страсть к исповедальной прозе. Выйдя на волю, он воссоединился с подросшими сыновьями (супруга накануне сгорела от рака), переехал в Нью-Йорк и отдал обоих учиться в Колумбийский университет. Выпустил книгу коротких рассказов, которые мигом покорили русского читателя по обе стороны океана. Терентию прочили славу Набокова, Шмелева, Довлатова. Трехэтажный дом его в Лонг-Айленде стал местом паломничества назойливо жужжащих собратьев по перу. Эмигранты кропали неистово, исследуя глубины экзистенции. Каждый жмеринский страховой агент, каждый цирюльник из Бухары с потными руками, считал своим долгом тиснуть автобиографический роман. Втянув лысую голову в плечи, наезжал из Бостона собиратель фольклора Е. Бухин, из чужих баек состряпавший "Записки таксиста" и заранее заготовивший нобелевскую речь. Терентию вскоре все обрыдло. Он решил порвать с литературой. Неожиданно увлекся орнитологией. Стал ездить в любительские экспедиции. Побывал в Элисте, на родине Велимира Хлебникова. Сделал уникальные съемки райских птиц на Новой Гвинее: их отрывочно показал "National Geographic". Терентий видел все, ему было нестерпимо думать о будущем. Больная проказой старуха из секты неприкасаемых варила ему терпкую похлёбку. Три гибкие таиландки исполняли малейшую его прихоть, переплетаясь меж собой, как лепестки лотоса... Терентий заново так и не женился, хотя на кухне периодически позвякивала бокалами новая пассия. Оба наследника окончили факультет психологии и открыли на паях дом для престарелых. Непрошеные гости периодически досаждали хозяину. Однажды Терентий не выдержал: наклюкавшись вдребезги, грубо вышиб за дверь всю эту графоманскую мелюзгу. "Я вам не писатель! - орал он им вдогонку. - И не еврей, прошу заметить! Больше у меня никогда не появляйтесь!" С тех пор либерально мыслящая интеллигенция от него отвернулась... Впрочем, дети его, с целым выводком внучат, по праздникам и в шабат по-прежнему исправно посещали синагогу. Книга, им созданная, удостоилась престижной премии. На родине ее вроде бы теперь проходили по внеклассному чтению. Однако Терентия это уже нисколько не интересовало.

LinkLeave a comment

УРОКИ ОРНИТОЛОГИИ [Aug. 5th, 2017|04:04 pm]
margovsky

Прослушал по "Дождю" лекцию орнитолога: "Дуэты у птиц". Оказывается, сообщила мне приятная дама из Москвы, в Австралии самка воробья чирикает как по мужним нотам. Не отстаёт от супруга ни на четверть такта. Связано ли это с древностью птичьего сообщества, сохранившего изначальные признаки после распада Гондваны? Но самки поют порой и у относительно юных видов... Перепёлкам, живущим в клетках, впрыскивают тестостерон, и они выдают рулады не хуже Эдит Пиаф: быть может, причина в сексуальной революции у пернатых? Но и в этом направлении эксперименты дают очевидный сбой... Словом, дама-профессор перебрала все варианты разгадки: и необходимость усиленно защищать гнезда, и особенности спаривания в тех или иных климатических (и рельефно-акустических) условиях, и гипотетический эволюционный скачок, связанный с развитием промышленности (и авиации)... В результате ответ так и не прозвучал. Как не было и нет ответа ни на один серьёзный вопрос: чем дотошней изучаешь проблему, тем грандиозней выглядит ее неразрешимость! А я, друзья, подумал вот о чем. Как и почему зарождается у женщин потребность в литературном творчестве? Верней, у меня-то сомнений нет: женщина, если она обладает талантом, творит по наитию, используя слово как инструмент самовыражения, реже политической борьбы. То есть никакого принципиального отличия от соответствующих импульсов у мужчин. Но я говорю о другом. Все мы знаем, что в православном мире женщины-поэтессы (писательницы) стали заявлять о себе заметно позже мужчин. Чуть ли не первой подала пример Екатерина Великая (и здесь она безусловно подражала Маргарите Наваррской: ибо на Западе все инновационные процессы происходят раньше). Тем не менее ни Каролина Павлова, ни Мирра Лохвицкая или Зинаида Гиппиус не стояли у истоков создания русской литературной традиции. В XX веке произошёл перелом, и величие Ахматовой, Цветаевой максимально приблизилось к эталону гениальности. Сегодня женщины в русской поэзии чуть ли не превалируют: поэтесс балуют, превозносят, их сплоченность, даже некоторая корпоративность, давно опередила мужскую... Значит, "певчие" среди женщин появляются по мере эмансипации, уравнения в правах и постепенного освобождения от домашних забот? Да, эту версию подтверждает и пример с арабским миром. У аравийских племён доисламского периода были свои поэтессы; после того же, как Мухаммед приказал зарезать Асму бин Марван и ее пятерых детей, всего лишь за написание стихотворного памфлета, хоть шаром покати... Довлело ли социальное закрепощение древним израильтянкам? Ни Книга Руфи, ни Свиток Эстер, похоже, не были написаны их главными героинями. В Древнем Китае поэтессы не редкость: однако им приходилось пользоваться мужским псевдонимом; впрочем, к той же самой хитрости прибегали и Жорж Санд, и сестры Бронте... Пишет ли женщина от неразделенной любви, как гречанка Сафо? Или из врожденного нонконформизма, как Сильвия Платт и Эмили Дикинсон? Связано ли пробуждение у нее "голоса" с демократизацией того или иного общества, или это скорей эффект от феминизации? Существуют ли какие-то особенности в работе женского поэтического воображения по сравнению с мужским: как коррелирует с полом рифма, метафора, гипербола?.. Боюсь, и на эти вопросы тем скорей не найдется ответ, чем пристальней мы возьмемся их изучать.

LinkLeave a comment

ТЕОДОР ГЕРЦЛЬ [Aug. 3rd, 2017|05:57 pm]
margovsky

Пятиэтажка по улице Калиновского, где мы жили, была заселена преимущественно выходцами из деревень. Но соседкой по площадке оказалась Любовь Романовна Гинзбург, одутловатая матрона вседворового значения. Конопатые белоруски ходили к ней жаловаться на пьющих мужей. "Ты, Ваня, топором не размахивай, - ласково внушала она, - а то я не посмотрю, что ты бывший милиционер, в ЖЭК пойду, и выселят тебя вместе с твоим мотоциклом!" Когда-то Любовь Романовна возглавляла партком завода "Термопласт", теперь они с моей бабушкой Олей, запираясь на кухне, балакали на идише. "Вы очень умная женщина!" - торжественно заключала бабушка по-русски, имея в виду непростые отношения с Захаром Израилевичем... Сожитель Любови Романовны, тихий старик в полковничьей папахе, опершись на клюку, неотрывно сутулился на скамейке. Было в нем что-то от аксакала. "Позавтгакал?" - бесцветно интересовался он, когда я с ранцем проскакивал в школу. Рядом с ним часто сиживал муж Марьи Ивановны из второго подъезда, хитрован с мясистым носом. Однажды он меня поймал и принялся пичкать историями: "Мы жили в Бобруйске. Кругом сплошные аиды. Прикидываешь? Один пацаненок другому глаз вынул. Случайно, палка-то с гвоздем. Но этот-то, с палкой, русский. А тот, что без глаза, еврей. И пошло! Стали судачить: мол, нарочно. А разве кто кому нарочно глаз вынет?" Я лишь неопределенно пожимал плечами... По чистому совпадению, по другую стенку от нас тоже обитала богоизбранная семейка. С Юликом, моим ровесником, мы дни напролёт партизанили по подвалам, запасаясь алюминиевыми "пробоями". Самострелы наши били по воробьям, но "враги" норовили реквизировать у нас патроны. "Деньги я не беру, Ибрагим, - морщился чернявый здоровяк, выворачивая мои карманы и брезгливо возвращая медяки, - пробои давай!" Почему он называл меня Ибрагимом, так и осталось загадкой... Отец Юлика инженерил, а мать, с густым скандальным сопрано и жарким взором Саломеи, подвизалась педиатром. "И как такую суку взяли в поликлинику?" - хрипел ее свекр, отставной дальневосточный вертухай. - "Заткнись, старая сволочь!" - грамотно отбивалась она. Я сладострастно замирал, подслушивая в розетку... Витька Сидорович постоянно обижал Юлика. "Эй, Абрам, иди сюда!" - "Еврей тоже человек," - миролюбиво реагировал на все мой приятель. "Гриша, ты кто по национальности?" - как-то спросили меня ребята, играя в "халли-халло". - "Отец у меня украинец, а мать... венгерка", - равнодушно отвечал я, и они сразу же ко мне потеплели. Вечером, дождавшись родителей, я с выражением пророческой одержимости предложил: "А что если нам разрушить стены и объединиться с соседями? Заживем одним большим племенем, создадим собственную армию!" Папа очень странно на меня посмотрел. Вероятно, он не ожидал, что в Минске времён застоя объявится новый Теодор Герцль.

LinkLeave a comment

ПОЭТ-САМОРОДОК [Aug. 3rd, 2017|05:54 pm]
margovsky

Отымел я кучу телок,
Выжрал водки от души,
На костях моих, филолог,
Диссертацию пиши!

LinkLeave a comment

СОВЕТ [Aug. 3rd, 2017|05:52 pm]
margovsky

Скажешь: "А", - "А почему не Б?"
Скажешь: "Два", - "А почему не три?"
Лучше молча покорись судьбе,
Все вокруг упомянув, сотри.

LinkLeave a comment

МИФОЛОГИЯ И БИОЛОГИЯ [Jul. 27th, 2017|01:34 pm]
margovsky

В прошедшие века отправной точкой любого мышления служила мифология. Вот почему процветали все виды искусств, особенно литература. Ведь создание очередной мифологемы, при условии, что она одобрена и широко подхвачена читающей публикой, предоставляло ее автору некие социальные гарантии. Даже будучи слабым, ущербным, биологически неполноценным, он мог, опираясь на свой духовный авторитет (либо уже чей-то существующий духовный авторитет, который лишь подтверждён и укреплён его новоявленным творением), обеспечить себе физическое выживание. Вписываясь в религиозно-имперскую иерархию, либо в идеологически-имперскую, поэт или писатель гарантировал себе неприкосновенность, высокопоставленную огражденность от грубейших форм естественного отбора, бытовавших в каждом обществе... Что же происходит теперь? На смену мифологии неумолимо пришла биология. Стремительное развитие технологий так или иначе сконцентрировано вокруг идеи продления жизни, преодоления болезней и обеспечения социальной и экологической стабильности, во избежание войн, революций и стихийных бедствий: то есть опять-таки вокруг доминанты к выживанию. Деньги, капитал, уже не первое тысячелетие условно эквивалентные здоровью и долголетию, сегодня все чаще делаются не на мифотворчестве (искусство, религия, идеология), а на изобретении и внедрении новых технологий, в том числе биотехнологий. Мифы перестали быть ощутимой реальностью, сомнение в их достоверности, а главное социальной ценности, охватывает все более широкие массы, получившие неограниченный доступ к информации. Звезда чужого воображения неотвратимо померкла, не вызывая более ажиотажа, не представляя для окружающих прежнего интереса. Обо всем, как выясняется, можно сказать точней и лаконичней, апеллируя к фактам и результатам лабораторного эксперимента. Ухватив самую суть предмета, личности или знаменательного события. Физическая сила, врожденные биологические задатки, по-прежнему верховодят на любом уровне, решительно во всех стратах. Однако, вопреки природной уязвимости, достичь благоустроенности и защищенности ныне можно скорей создав оригинальную модель айфона или разработав долгожданную вакцину, нежели мусоля и на новый лад интерпретируя имперский, религиозный или идеологический миф - и тем самым надеясь заполучить "охранную грамоту". Биология победила мифологию, навсегда спровадив ее на задворки Истории.

LinkLeave a comment

КАРНАВАЛ [Jul. 18th, 2017|01:22 pm]
margovsky
В кафе открытом мы сидели,
Кружился птичий карнавал,
И Армстронг, заглушая трели,
Нам из динамика в отеле
С улыбкой зверской напевал.

Бартендер, поводя саженью,
Подмигивал, как рулевой,
Двум инженю под влажной сенью,
Немного склонным к ожиренью
И обкурившимся травой.

На конференции скучнейшей
Зевающий три дня подряд,
Бубнил специалист крупнейший,
Нюансы уточняя с гейшей,
Печатавшей ему доклад.

А в это время над огромной
Долиной высился вулкан
И созерцал остывшей домной,
С каким величием бездомный
Чечётку отбивает, пьян.

Цвела магнолия, и капли
Дождя прошедшего с ветвей
Сверкали чайке, грифу, цапле,
Алмазный чудился накрап ли,
Иль смесь коктейлей, им видней.

О том, что все переодеты,
На принце нищего костюм,
Догадывались лишь кометы
Вселенской этой оперетты
В вечернем небе, полном дум.

Лоснились на бомже отрепья,
От невозможности объять
Весь мир в его великолепьи,
Профессор встал, надвинул кепи
И впал в отчаянье опять.

Link1 comment|Leave a comment

navigation
[ viewing | most recent entries ]
[ go | earlier ]